Браконьерская рыбалка в Астрахани

Так вышло, что со мной согласился поговорить один из представителей этой «профессии». От базы, где отдыхала наша компания, мы несколько часов ехали в другой район на эту встречу. По понятным причинам я не могу показать своего героя. Скажу лишь, что Василий — немолодой мужчина и коренной житель Астраханской области — усмехнувшись, представился как «потомственный браконьер». По его словам, браконьерством занимался его дед, отец и многие мужчины в роду.

Прежде чем начать рассказ, я хочу обозначить собственное отношение к этому явлению. Очевидно, как любой нормальный человек, я против браконьерства. Я езжу в Астрахань уже 8 лет и вижу своими глазами, что с каждым годом рыбы становится меньше и меньше. Браконьеры, которые охотятся за черной икрой, убивают и выбрасывают за борт полтонны осетра за ходку. За сезон только одна браконьерская бригада уничтожает почти 50 тонн осетра, которого потом не найти в магазине. Однако проблема состоит не только в жажде наживы тех рыбаков, которые нарушают закон. Она глубже — в низком уровне жизни, отсутствии альтернатив и чудовищной коррупции. Взятки за браконьерский промысел исчисляются десятками и сотнями миллионов рублей в год! Но обо всем по порядку…

Для того чтобы рассказать о том, как браконьеры нарушают закон, стоит прежде рассказать об этих законах:
— во-первых, для того, чтобы ловить рыбу в промысловых масштабах (ссылка) необходимо специальное разрешение, которое выдает Волго-Каспийское территориальное управление Росрыболовства. Каждую путину рыбаки-крестьяне получают такое разрешение и, лишь имея на руках бумажку, выходят на промысел;
— во-вторых, ловить рыбу можно только в определенное время года. Этот период называется «путина». В году две путины — летняя и зимняя. Сделано это по понятным причинам — рыбе надо нереститься и «отдыхать» от рыбаков;
— в-третьих, процесс промысловой рыбалки четко регламентирован, вплоть до того, сколько и какого вида рыбы можно ловить, как ловить и где ловить. Запрещенные инструменты лова (сети, крючковые снасти), нарушение квоты — это и есть браконьерство.

Итак, приехав на место, Василий первым делом показал те снасти, которые запрещены — самоловный перемет и сеть. Мы сели в лодку и отправились на раскаты. Василий показал те порядки, которые стоят неподалеку от деревни — их используют в основном для себя, поскольку рядом с деревней особенно много не поймаешь. Соответственно, браконьерство можно разделить на два вида: бытовое (когда рыбу ловят, грубо говоря, домой, на стол) и коммерческое (когда ловят на продажу).

По пути Василий показал на лодку: «Если вы видите небольшую лодку с мощным мотором — скорее всего это лодка браконьеров». Те, кто занимается браконьерством серьезно, вешают на лодку два или даже три двигателя. Это необходимо для того, чтобы в море уходить от пограничников…

Показать серьезную лодку Василий не смог. В деревне возле дома их, конечно же, никто не держит. Впрочем, в сети масса фотографий этих лодок, конфискованных пограничниками.

Браконьерские лодки на Каспии называются байдами. У них малая осадка, длина в среднем около 10 метров. Конструкция и форма лодки таковы, что позволяют преодолевать морскую волну. Суммарная мощность нескольких подвесных моторов доходит до 700 лошадиных сил. Это позволяет развивать скорость больше 100 км/час даже при загрузке байды серьезным уловом до полтонны. По словам Василия, стоимость нормальной браконьерской лодки колеблется в диапазоне от 300 тысяч рублей до одного миллиона. Моторы — самое ценное в байде (покупаются отдельно). В репортаже РИА Новости (на 1 минуте 34 секунде) есть эпизод, который это ярко иллюстрирует.

Не дать уйти байде, можно лишь прострелив ее двигатели, поэтому браконьеры буквально ложатся на них — по людям пограничники стрелять не станут…

Где же браконьеры держат свои байды? Василий рассказал, что для этого у каждого браконьера есть тайник на раскатах, найти который без GPS практически невозможно. Байда спрятана в колках, проросших камышах, которые простираются на сотни километров. Браконьеры выбирают подходящую колку, вбивают в дно четыре палки, натягивают между ними веревки — получается коробочка. Эту коробку обвязывают живым камышом — не срезают его, а просто связывают растущие рядом растения, чтобы сделать стенку из камышей. Сверху натягивают маскировочную сетку, поэтому даже с вертолета заметить байду невозможно.

В одной из прошлых статей «Дельта Волги, увиденная сверху» (ссылка)  я показывал раскаты с воздуха — вообразите, как просто тут затеряться браконьерской лодке.

О коммерческом браконьерстве в море я подробно расскажу чуть ниже. Мы же тем временем зашли в небольшой ерик (проток). Никаких опознавательных знаков на этом месте не было, Василий сказал, что ориентируется по деревьям. Он взял якорь-кошку, кинул в воду и начал сплавляться по течению.

В какой-то момент он зацепил порядок и поднял его из воды. Порядок — это крючковая самоловная снасть. Представляет собой веревку, на которую пристегнуты поводки с крючками. Однако на остро отточенные крючки не надевают никакой наживки — они просто цепляют за бока рыбу, когда та проходит рядом. Порядок стоит на высоте 1 сантиметра от дна и любая рыба, которая плывет по дну, неизбежно цепляется за крючки.

Снасти заказывают в Ростове. По рыбацкому суеверию, количество крючков должно быть нечетным — например, если получается 90, довязывают еще один. Крючки вешают на расстоянии 10 сантиметров друг от друга. У Василия рядом с домом два порядка на 71 и 91 крючок. Проверяют их каждый вечер. Обычно в день на них ловят один — два осетра, но в тот день весь улов состоял из двух карасей. Рыбу убили так, что уже не спасают никакие суеверия.

Потом Василий поехал показать сетку на сазана. Обозначается сетка палкой и ею перекрыт весь ерик — вся рыба, что проходит по протоку попадает в сеть.

Итак, кроме бытового браконьерства, есть коммерческое — то, которое наносит самый больший вред. Происходит оно в море.

От деревни до раскатов браконьеры идут около часа на простенькой лодочке. Пользуются навигатором и выезжают вечером, когда начинает смеркаться. Приезжая на место, пересаживаются на байду, а лодку прячут в камыши и выходят в море. От последней колки с камышами до первого морского порядка около 70 км. Идут минут 40. Возвращаются домой, когда начинает светать. На море ездят через день, то есть 15 раз в месяц, если все хорошо с погодой. Если на море шторм, то могут заночевать в колках (днем) и вернуться через пару дней.

Если промысловые рыбаки работают лишь в сезон путины, то браконьеры ловят рыбу, пока не станет лед — с марта по ноябрь. У Василия на море 12 порядков от 201 до 401 крючка, то есть по 20 по 40 метров. За ходку поднимают в среднем полтонны рыбы: у лодки не видно дна, ходят по осетру. Порядки находят по навигатору. Если пропустить день (например, из-за непогоды) — рыба стухнет. Придется поднимать порядок, снимать испорченный улов и ставить заново.

Достав снасти, браконьеры сваливают всю рыбу в лодку и начинают искать икру. По словам Василия, в половине тонны осетра есть две три рыбины с икрой. Они сдавливают икру в пакет, а осетрину выбрасывают. Почему? Тяжелая лодка ест больше топлива, да и осетрины столько никому не продашь. Если есть икра, этого достаточно, чтобы оправдать поездку, поскольку стоимость черной икры — 24 тысячи за килограмм, осетрины — 400 рублей за килограмм, севрюги — 350 рублей за килограмм. Если считать, что в среднем с полутоны получается шесть килограмм икры, выручка составит около 140 тысяч рублей.

В среднем за одну ходку браконьеры зарабатывают 170 тысяч рублей: 150-140 тысяч на икре и 20-30 тысяч на рыбе (примерно 50 кг — остальную рыбу выбрасывают).

I продолжение статьи

Автор: Сергей Доля
Фото: Дмитрий Лыков, Сергей Доля

 

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *